raasta (raasta) wrote,
raasta
raasta

Точная цена Малыша

Оригинал взят у bin_rada в Точная цена Малыша
— Значит, я так дорого стою? — изумился Малыш.
— Конечно, — сказала мама и обняла его еще раз!
Астрид Линдгрен. «Малыш и Карлсон».

Почём нынче на рынке детей продают? Этот вопрос вовсе не шуточный, а вполне конкретный: сколько надо заплатить, чтобы получить ребёночка «под ключ»: с ручками-ножками, с головой и всем прочим прикладом? Кто не знает, Россия – одна из немногих стран мира, в которой разрешено коммерческое суррогатное материнство. То есть, при нашей капиталистической свободной демократии, женщинам разрешено выставлять на продажу свой орган для вынашивания младенцев (утробу, матку). За последние годы сформировался достаточно обширный рынок, включающий в себя множество агентств по подбору суррогатных матерей, клиники по экстракорпоральному оплодотворению (ЭКО) и внедрению в организм суррогатной матери человеческого зародыша, специальные гостиницы для сурмам, даже накладные животы для женщин, являющихся генетическими матерями будущих деток – для имитации беременности, если они не хотят, чтобы посторонние знали об их проблеме.




И на самом деле, репродуктивное здоровье потенциальных родителей в нашей стране становится всё хуже. Многие женщины не могут забеременеть естественным путём в силу проблем со своим здоровьем или в силу проблем со здоровьем у партнёра. Один из методов помощи таким парам – ЭКО (экстракорпоральное оплодотворение, оплодотворение в пробирке). ЭКО – достаточно дорогая процедура, которая далеко не всегда бывает успешной с первого раза. А иногда – и со второго, и с третьего… Бывает также, что женщины, в силу органических причин, не могут выносить ребёнка – в связи с дефектами матки или других репродуктивных органов, в связи с общим заболеванием. Чтобы ощутить радость материнства, раньше им пришлось бы брать ребёночка из детдома. Но прогресс не стоит на месте.

Ещё в 80-е годы ХХ века провели первые успешные опыты по выращиванию детей из оплодотворённой в пробирке яйцеклетки, введённой в матку посторонней для доноров женщины. За прошедшее с тех пор время эти опыты широко вошли в практику, однако далеко не во всех странах. Где-то суррогатное материнство категорически запрещено законом, где-то – запрещён только его коммерческий вариант, где-то – не разрешено, но и не запрещено. Россия относится к числу стран (прямо скажем, немногих), где коммерческое суррогатное материнство разрешено и законодательно регулируется.

Однако же все стороны процесса сетуют на то, что законодательство очень непроработано,  а это чревато осложнениями в отношениях «заказчиков» и «исполнителя». Тем более, что в Семейном кодексе (ст. 51) прописано«Лица, состоящие в браке между собой и давшие свое согласие в письменной форме на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, могут быть записаны родителями ребенка только с согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери) [выд. моё – bin_rada]». То есть  генетические родители могут и не получить заказанного ребёнка, если у суррогатной матери проснутся материнские чувства и она откажется передавать его заказчикам. Правда, в этом случае сурмаме придётся возместить клиентам все понесённые ими расходы (некоторые договоры предусматривают ещё и штраф за неисполнение обязательств).

И вот 16 мая 2017 года Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял Постановление № 16 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных с установлением происхождения детей». В пункте 31 Постановления Верховный Суд указал, что отсутствие такого согласия само по себе не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении иска лиц, заключивших договор с суррогатной матерью, об их признании родителями ребенка и передаче им ребенка на воспитание. При этом суд должен разрешить спор в интересах ребенка и в целях правильного рассмотрения дела проверить:
·       заключался ли договор о суррогатном материнстве, каковы условия этого договора;
·       являются ли истцы генетическими родителями ребенка;
·       по каким причинам суррогатная мать не дала согласия на запись истцов в качестве родителей.

Первый прецедент нового прочтения закона уже случился: в Санкт-Петербурге суррогатная мать отказалась передавать двух выношенных ею младенцев в руки родителей-доноров. Ранее в таких случаях суды обычно вставали на сторону суррогатной матери, а на этот раз её обязали вернуть детей генетическим родителям. Как считает адвокат генетических родителей, при вынесении приговора судья опиралась, скорее, на нормы международного права.

Суд-то обязал вернуть детей, но как это исполнить? Дети считают своей матерью ту женщину, которая их родила, вне зависимости от юридических оснований. Ребенок в младенческом возрасте имеет устойчивую психофизиологическую связь со своей матерью, и такая связь формируется уже на перинатальной стадии его развития (перинатальный период начинается с полной 22-й недели беременности и заканчивается через 7 суток после рождения). Прерывание этой связи влечет существенный стресс для ребенка и иные негативные для него последствия. Однако же генетические родители в данном прецеденте намерены обратиться к судебным приставам. Подробнее – здесь.

В видео в начале поста (примерно с 3:30) Александр Гзгзян, профессор, руководитель отделения ВРТ института акушерства, гинекологии и репродуктологии им. Д.О. Отта говорит:
«Если вы не будете удалять матки и если вы будете лечить все заболевания, связанные с патологиями матки, на более высоком уровне, то у вас не будет проблем с суррогатным материнством. Вот на это направлена вся исследовательская научная мысль».

То есть, он предлагает восстанавливать репродуктивное здоровье людей, а не выращивать детей отдельно от генетических родителей.

В этом есть большая здравая мысль. Что бы кто ни говорил, а коммерческое суррогатное материнство – ещё один шажок в сторону расчеловечивания. Вы только послушайте, как рассказывают женщины о своей работе по выращиванию чужих младенцев:

«Я даже не переживала, что у меня возникнут какие-то материнские чувства. Да, я ощущаю свою беременность, чувствую, как ребёнок шевелится. Но я просто понимаю, что это – не мой ребёнок».

На вопрос корреспондента: «Неужели ничего не ёкнет?», – сурмама отвечает: «Нет! Это – работа. У нас кровь не смешивается, ничего… Меня сдали в аренду, получается, и всё…»

Всё-таки сурмамы наверняка лукавят. И «ёкает» у них, и ребёночка жалко – напоминаю, у матери с вынашиваемым ребёнком устанавливается прочная психофизиологическая связь. Но ведь они продали своё тело для того, чтобы выносить чужого ребёнка, а клиент, как известно, всегда прав. Потому сурмамы говорят утешительные для себя и для клиента слова про то, что это – работа… Про то, что кровь не смешивается… Не смешение крови матери и вынашиваемого ею ребёнка сурмамы и причастные к этому бизнесу, видимо, считают важным и решающим обстоятельством, морально разрешающим коммерческое использование суррогатного материнства.

Действительно, между  материнским и зародышевым кругом кровообращения нет прямого сообщения, а только опосредованное – через плаценту. Причём не только у суррогатных матерей, но и у родных матерей тоже. И что? Начиная  со второй недели  жизни кровеносные сосуды плода, проникая в хориальные  ворсинки,  приходят  в  тесное  соприкосновение с материнской кровью. С этого момента,  благодаря специально   обеспечивающему  это  соприкосновение  развитию плаценты,  весь рост плода  происходит  за  счет питательных веществ материнской крови. Подробнее – здесь.

Некоторые суррогатные мамы уже стали многодетными. Вернее сказать, многородными, потому что родили за деньги по нескольку младенцев (кроме своих, ведь бездетных женщин не берут в суррогатные матери).

При этом большинство сурмам пошли на этот шаг для того, чтобы помочь своей родной семье в решении каких-то проблем (чаще всего, жилищных). Как тут не вспомнить знаменитое: «…они — люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было… Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны, из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или из золота. Ну, легкомысленны… ну, что ж… и милосердие иногда стучится в их сердца… обыкновенные люди… в общем, напоминают прежних… квартирный вопрос только испортил их…» (М. Булгаков, «Мастер и Маргарита»).

Мне показались любопытными отличия в подходах психологов из разных городов страны к проблеме суррогатного материнства. В Санкт-Петербурге категорически настаивают на том, чтобы генетические родители и суррогатная мать ни в коем случае не встречались друг с другом (см. видео в начале поста).

В Новосибирске, напротив, психолог Нина Кулиныч считает: «Все опасения связаны с неизвестностью. С тем что женщина фантазирует, что другие люди - они какие-то. В её воображении это люди какие то. Когда она встречается с ними реальными, то часть опасений уходит сама собой. Контакт с родителями, который в её власти, очень положительно влияет. И положительно влияет на ребёнка. Она может говорить – пришли твои родители, мама улыбается, трогает животик. То есть родители включены в процесс взращивания ребёнка с самого начала».

В Тюмени Юлия Лукашенок, ведущий психолог центра «Семья» говорит: «Когда женщина вынашивает ребенка, ее материнский инстинкт усиливается. Вне зависимости от того, её это ребенок или нет».

Очень сложное это явление – суррогатное материнство. Хорошо оно или плохо? Сенатор Антон Беляков предлагает на некоторое время законодательно запретить суррогатное материнство в нашей стране. Как сообщает официальный сайт Совета Федерации, законопроект на эту тему Беляков внес в Госдуму 27.03.2017 г. По его представлению, запрет должен быть введен не навсегда, а до тех пор, пока не будет выработан новый, комплексный подход к институту суррогатного материнства.

Суррогатное материнство не должно превращаться в прибыльный бизнес, объясняет свою позицию Антон Беляков. И в этом цель его законодательной инициативы: «пока наше законодательство не найдет разумный баланс между интересами генетических родителей и суррогатной матери, а, главное, не встанет на защиту прав детей, осуществление подобных услуг на территории нашей страны необходимо приостановить».

Сенатор совершенно правильно ставит вопрос – необходимо найти разумный баланс между интересами всех сторон процесса, в том числе учесть интересы ребёнка. Ведь, по сути, коммерческое суррогатное материнство разрушает материнство как таковое – если можно за деньги выращивать детей в утробе посторонних женщин, то матери в принципе становятся не нужны. И семья, соответственно, тоже.

Перед глазами у меня возникает антиутопия. Недалёкое будущее. Женщины и мужчины живут отдельно друг от друга, а при желании «завести ребёнка» (ср. «завести собаку или кошку») обращаются в специальное агентство по размножению, сдают туда свои половые клетки и через 9 месяцев за деньги получают «готовое изделие» – здорового малыша с генетическими признаками родителя. Для получения «качественного продукта», селективным путём выведена специальная порода женщин под названием «сурматери». «Сурматери» физически здоровы, но их специально ничему не учат, кроме необходимых навыков для заботы о себе во время беременности, чтобы не создавать клиентам проблем. Как вам такая перспектива?

Тут я должна сказать, что не имею ничего против достижений науки и ничего против суррогатного материнства. В исключительных случаях, по взаимному согласию генетических родителей и суррогатной матери (лучше, если они будут родственниками), такое материнство вполне допустимо. Но использовать его для извлечения прибыли – верх цинизма и издевательство над святыми для человека понятиями: мать, материнство, ребёнок...

Напоследок: какова же точная цена «ребёнка под ключ»? По утверждению сайта ekomed.info, генетическим родителям придётся заплатить от двух миллионов рублей. Ясно, что позволить себе такую «покупку» могут далеко не все. Бедные же, теоретически, могут продать свою матку, но не каждую женщину берут на роль суррогатной матери – ведь требуются здоровые рожавшие женщины от 20 до 35 лет (так в законе).  А со здоровьем-то у многих далеко не благополучно…




Tags: Ростов-на-Дону, воспитание, культура, образование, общество.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments