raasta (raasta) wrote,
raasta
raasta

Последнее десятилетие детства в России. Дальше — тишина... и тихий ужас

Оригинал взят у flojolet в Последнее десятилетие детства в России. Дальше — тишина... и тихий ужас


В очередной раз не проанализировав и не обсудив результаты предыдущей программы, власти готовят новый план действий в интересах детей, фактически повторяющий тезисы предыдущей программы

Отказ от обсуждения с родительской общественностью проекта плана Десятилетия детства до 2020 года, подготовленного Министерством труда и социальной защиты, может окончательно закрепить в России ювенальную юстицию. Документ готовили с вопиющей поспешностью и безалаберностью и не обсуждали с родителями.
По всей стране этим возмутились тысячи активистов общественных организаций. В частности, только 1 и 2 августа к приемным президента в 45 городах России на одиночные пикеты вышли более ста активистов из «Родительского Всероссийского Сопротивления» (РВС).

Их беспокоит то, что план Десятилетия детства бессистемен и составлен не только без обсуждения с общественностью, но даже без анализа результатов завершившейся в 2017 году Национальной стратегии действий в интересах детей 2012−2017 гг.

Активисты, которые в мае и конце июня выходили на пикеты с требованием проанализировать политику в интересах детей на предмет ювенальных норм перед принятием плана мероприятий в рамках вышеуказанной программы, продолжают надеяться на диалог с властью. Эксперты родительских организаций напоминают, что следствием предыдущей принятой под патронатом стратегии, стал печально известный закон о декриминализации побоев, или «закон о шлепках», который с большим трудом удалось отменить.



Напомним также, что и другие нормы, не такие громкие, как закон «о шлепках», привели к многочисленным изъятиям детей из семей. О чем в мае 2017 года заявила сенатор Елена Мизулина, по словам которой, такое большое количество изъятых детей в России говорит о почти сложившейся ювенальной системе в стране.

По данным, представленным Мизулиной, в РФ только за 2015 год было изъято из семей свыше 300 тыс. несовершеннолетних. Причем из них лишь 13% были признаны безнадзорными, остальные 87% были изъяты временно на разный срок пребывания в детских учреждениях, от нескольких месяцев до года и более. Речь идет, видимо, о сложившейся системе: изъятия нужны, чтобы «крутить» бюджетные деньги, выделяемые на содержание изъятых на время детей.

Кратковременные изъятия выгодны сразу трем ведомствам: медицинскому учреждению, которое содержит ребенка и обследует его для передачи далее в социально-реабилитационные центры, сами социально-реабилитационные центры, а затем уже организации соцзащиты, которые навязывают такой семье социальный патронат. С этой точки зрения, нужно изымать именно на время больше детей. Тогда объяснимы другие следствия Стратегии — детей же надо откуда-то изымать, чтобы потом вернуть и поставить семью на контроль.

Вообще, результаты этой «пятилетки» настолько существенны, что их анализ необходимо проводить отдельно. Тем не менее, давайте коротко их перечислим, и поймем, к какому пониманию семьи и детства нас тащат ювенальные авторы.



Первое — это, собственно, права семьи. Запланированное в документе «развитие законодательных основ системы защиты детства, введение в действие существующих международных стандартов обеспечения и защиты прав и интересов детей» привело к торжеству в системе правосудия установки, что «права детей выше прав их родителей». То есть теперь права детей рассматриваются отдельно от их семьи. Это приводит к тому, что государственные служащие перестали отличать родные семьи от приемных. Что и объясняет приведенные Мизулиной цифры: растет количество детей, изъятых из родных семей, например, за «бедность».

К вопросу о бедности. В документе декларировалось «сокращение бедности среди семей с детьми и обеспечение минимального гарантированного дохода». Если бы было так, и изымать бы не приходилось. Однако, по факту средства пошли исключительно замещающим семьям, патронатным и опекунским. А эти выплаты зарплат замещающим родителям (не усыновителям!) и средств на их содержание, привели к тому, что дети стали инструментом для зарабатывания денег — их все чаще стали брать из-за этого. И на форумах в интернете уже не стесняются это обсуждать: с прямыми выкладками, сколько детей взять и насколько это выгодно. И как их можно вернуть, в случае чего. А семьям с родными детьми помощь оказывается на порядок меньше.

Родная семья же, не получив поддержки, получила «шлепок»: вместо заявленного в Стратегии «обеспечения для всех детей безопасного и комфортного семейного окружения, в условиях которого соблюдаются права ребенка и исключены любые формы жестокого обращения с ним», ювенальное лобби протолкнуло «закон о шлепках». То есть, ФЗ-323, по которому родственники приравниваются к хулиганам и экстремистам, и за так называемые побои (шлепки, щипки, удержание и вообще любое физическое воздействие) наказываются также строго. Этот закон был отменен под давлением общественности.



Есть ли насилие и жестокость к детям в российских семьях? Безусловно, как и везде, инциденты есть. Однако НКО раздули цифры, не гнушаясь прямой лжи, до небес и попытались выставить русских «нацией детоубийц». Что, опять же, было пресечено общественностью. В Стратегии же предусматривалось «обеспечение профилактики семейного неблагополучия, основанной на его раннем выявлении, индивидуализированной адекватной помощи семье, находящейся в трудной жизненной ситуации, оказываемой на межведомственной основе, приоритете воспитания ребенка в родной семье».

Что же получилось в итоге? Для нас рядовых граждан ничего хорошего: начался сбор персональных данных о семьях через школы; навязывание семьям в трудной жизненной ситуации соцобслуживания под угрозой отнять детей; рост интереса НКО для выявления «неблагополучных семей», причем под данное определение может попасть любая российская семья; организация межведомственных «рейдов» по семьям в целях выявления неблагополучия, а фактически вмешательство в личную жизнь граждан.

Ну хорошо, в результате грамотных действий опеки и полиции ребенок из семьи, где к нему были жестоки, изъят. Куда его поместить? Стратегия говорит о «реформировании за пять лет сети и деятельности учреждений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе для детей-инвалидов и детей с ограниченными возможностями здоровья». На деле были закрыты десятки детских домов, даже самые передовые — «семейного типа», а учреждения для детей сирот таки были реформированы — они теперь стали реабилитационными центрами. Дети из них передаются в семьи под зарплату, при этом осуществлять контроль за такими семьями на порядок сложнее, чем за детскими домами. Как показывает практика, контроль практически не осуществляется, а количество резонансных случаев о насилии и даже смерти детей в таких семьях растет. Чем не рынок детей?



Еще одним итогом Стратегии стало почти введение в действие базы данных «Контингент», в которую должны были быть внесены наши с вами личные данные и данные детей. Ах, да, в Стратегии же говорилось про «защиту образовательных прав детей, принадлежащих к национальным и этническим группам, проживающим в экстремальных условиях районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностях».
Оцените изящество задумки: вместо помощи и предоставления доступного и качественного образования, детей, проживающих в условиях районов Крайнего Севера решили сначала подсчитать. Может быть для того, чтобы потом удобнее было изымать? А на основе этого опыта ‑ и других детей? Остановить законопроект удалось на самом последнем этапе его принятия: на него наложил вето президент РФ Владимир Путин.

Еще немного об образовании. Сказать, что там дело совсем плохо — не сказать ничего. И не последнюю роль в этом сыграла Стратегия. Заявленная в ней «государственная поддержка развития детских библиотек, литературы, кино и телевидения для детей» превратилась в массовое закрытие библиотек, особенно детских, по всей стране и безвозвратную утерю их фондов.

Декларация о реализации «прав детей различных категорий на получение общедоступного и качественного бесплатного общего образования на основе модернизации общего образования в полном соответствии с требованиями федеральных государственных образовательных стандартов» на практике превратилась в закрытие школ и детских садов санаторного и коррекционного типа. Кроме того, в школах начали навязывать инклюзивное образование, которое неминуемо ведет к снижению уровня образования всех детей: здоровые дети недополучают учебный материал, а дети, имеющие ограничения по здоровью — педагогическую и медицинскую помощь.

«Продленка» стала на 90% платной, в Дома творчества и кружки попасть сложно: Дома творчества реорганизуют, а кружки становятся платными. В целом можно говорить о разрушении системы доступного дополнительного образования.

А еще система государственно-частного партнерства пришла в сферу отдыха и оздоровления детей. Отметим, что Стратегией это прямо провозглашалось. Проблема в том, что модель государственно-частного партнерства вынуждает к созданию коммерческого сектора в местах отдыха и лечения, что резко снижает доступность к оказанию медицинской, реабилитационной и иной помощи. И, конечно, отсутствие контроля за НКО, занимающихся коммерческим детским отдыхом: именно из-за этого произошла трагедия на Сямозере в Карелии. Кроме того, в 2017 году по стране прокатилась волна отравлений детей по детским лагерям.

Хватит? Или еще рассказать — про планируемую реформу судебной системы с созданием ювенальных судов, после чего ювенальная юстиция по западному образцу в России будет введена окончательно, про присвоение КДНиЗП семьям статуса «социально-опасное положение» (СОП) по широким основаниям — а присвоение такого статуса приводит к вмешательству служб в дела семьи и инициализации процесса постоянного наблюдения за ней и Комиссии исходят из принципа презумпции виновности родителей, про передачу на аутсорсинг организации питания в детских учреждениях для экономии средств на зарплатах поваров?

И вот в очередной раз не проанализировав и не обсудив результаты предыдущей программы, власти готовят новый план действий в интересах детей, согласно подписанному президентом РФ Владимиром Путиным указу. Речь идет об указе от 29 мая 2017 года, которым объявлен период с 2018 по 2027 годы Десятилетием детства. И это новое «Десятилетие детства 2018−2027», по мнению чиновников, призвано продолжить проекты, начатые согласно закончившей свое действие Стратегии…



Также примечательно еще и то, что проект Минтруда даже не обсуждали, не считая слушаний в Общественной палате РФ. О них следует рассказать отдельно.
Слушания проводились 26 июля и готовились в спешке — проект плана был разослан участникам всего за один день до слушаний. Как можно разобраться во всех 204 пунктах плана, составленных разными ведомствами и фондами, и проанализировать их — вопрос открытый. Видимо, это и не предполагалось. Отметим, что и собраны эти пункты в единый документ безалаберно: составлялись они фондами и ведомствами исходя из их собственных соображений, никакого единого плана действий в документе изложено не было.

Сенатор Мизулина на слушаниях прямо назвала предлагаемый документ тем, чем он и является — «компотом». Ее мнение поддержал председатель Красноярского краевого отделения РВС, член Гражданской ассамблеи Красноярского края Андрей Никитин. Мизулина и Никитин предложили самый простой вариант: перенести подписание плана Десятилетия детства на ноябрь, так как такие основополагающие для страны документы необходимо обсуждать на региональном уровне, а для этого нужно время.

РВС выдвинуло и свои предложения относительно плана Десятилетия детства, они были направлены в Минтруда РФ. В письме организации, помимо конкретных предложений, говорится о том, что необходимо, прежде всего, широко обсудить и дать оценку результатов Национальной стратегии в интересах детей 2012−2017 гг. По мнению организации, планированием можно заниматься только тогда, когда проведен анализ предыдущих действий и выбраны цели государства в семейной политике. Для достижения этих целей и должен разрабатываться план.



Программы же, по мнению общественников, должны быть следующими: «Целями и задачами программ необходимо считать задачи, направленные на сохранение и развитие традиционных российских духовно-нравственных ценностей. К ним относятся приоритет духовного над материальным, защита человеческой жизни, прав и свобод человека, семья, созидательный труд, служение Отечеству, нормы морали и нравственности, гуманизм, милосердие, справедливость, взаимопомощь, коллективизм, историческое единство народов России, преемственность истории нашей Родины».

Родительская общественность надеется на конструктивный диалог с властями и на то, что удастся повернуть семейную политику в традиционное русло, не ставя над российским обществом эксперименты по внедрению западных ювенальных технологий. И для этого есть основания: Путин ранее прямо заявил о необходимости остановить внедрение в России ювенальных технологий.

Анастасия Большакова, Анастасия Громова

ИА Регнум


Tags: Ростов-на-Дону, воспитание, культура, образование, общество., семья, ценности
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments